Есть ли будущее у либерального мирового порядка?

0

Есть ли будущее у либерального мирового порядка?

Очутившись перед лицом поляризации общества и раскола в правительстве, Джо Байден будет иметь ограниченную свободу маневра во внутренней политике, но зато у него будет вяще возможностей для внешнеполитических инноваций. Впрочем, несмотря на это, в значительной степени его повестка дня будет унаследована от администрации Трампа. Политика великих содержав никуда не исчезнет, и мощь Китая по-прежнему будет нарастать. К счастью, в Азии имеется свой внутренний баланс сил, и желая многие страны хотели бы получить доступ к растущей экономике Китая, они также приветствуют американское присутствие в сфере безопасности как фактор, содействующий сохранению их независимости. Поддержание наших альянсов с Японией, Кореей, Австралией, а также укрепление отношений с Индией – путеводная звезда американской внешней политики. То же право в отношении восстановления отношений с Европой и взаимного доверия внутри НАТО.

Более сложные вопросы возникают в связи с институциональной структурой всемирного порядка. Дело в том, что Трамп стал первым президентом с 1945 года, который поставил под сомнение американский либеральный интернациональный порядок. Итак, должен ли Байден пытаться возродить его или это всего лишь древняя реликвия?

Установленный Америкой интернациональный порядок после 1945 года не был глобальным и не всегда был либеральным. Он оставил за бортом более половины мира, вводя Советский Союз и Китай, при этом включив в себя множество авторитарных государств. Американская гегемония во все времена была несколько преувеличена. Тем не немного, самая могущественная страна мира должна лидировать в создании глобальных общественных благ, иначе они просто не будут гарантированы, и американцы, как и другие народы, пострадают от этого. Нынешняя пандемия является красноречивым примером, так же как и климатические изменения, проблема нераспространения ядерных вооружений, а также стабильность интернациональной валютной системы. Если попытаться представить себе внешнеполитическую повестку дня на ближайшее десятилетие, эти проблемы, вероятно, сделаются еще более важными. Байден должен стремиться к укреплению международных институтов, основанных на правилах, поскольку это в интересах Америки. Но как это сочетается с конкуренцией великих держав? Возможно, ответ заключается в «вариативном членстве».

После холодной войны ни Россия, ни Китай не могли уравновесить мощь Америки, и Соединенные Штаты в погоне за либеральными ценностями фактически отвергли идею суверенитета. США бомбили Сербию, ворвались в Ирак без одобрения Совета Безопасности ООН, а затем бомбили Ливию, чтобы защитить жителей Бенгази. Россия и Китай ощущали себя униженными и обманутыми, сталкиваясь с высокомерной американской однополярностью. С тех пор рост китайской и российской мощи стал устанавливать немало жесткие границы либеральному интервенционизму Вашингтона.

Россия и Китай акцентируют внимание на норме государственного суверенитета, какая была закреплена в Уставе ООН в 1945 году. Государства могут вступать в войну только в целях самообороны или с похвалы Совета Безопасности ООН. Захват территории соседних государств был редким явлением после 1945 года и приводил к слабым и дорогостоящим санкциям (как в случае аннексии Крыма Россией в 2014 году). Ограниченное сотрудничество остается возможным в рамках ООН, так, когда речь идет о размещении миротворческих сил в неблагополучных странах, а политическое сотрудничество ограничивает распространение оружия массового уничтожения. Эта значительная составляющая порядка, основанного на правилах, остается.

Что касается экономических отношений, здесь многие правила потребуют пересмотра. Китайский гибридный государственный капитализм поддерживал незаслуженную модель торговли, которая нарушала нормальное функционирование Всемирной торговой организации. Результатом будет частичный разворошив глобальных цепочек поставок в тех случаях, когда на карту поставлена безопасность. Хотя Китай выражает недовольство, когда Соединенные Штаты препятствуют таким технологическим компаниям как Huawei участвовать в стройке телекоммуникационных сетей 5G в западных странах, эта позиция согласуется с подходом к суверенитету и безопасности, который сам Китай практикует в касательстве Интернета. Переговоры о новых правилах торговли могут помочь предотвратить перерастание размежевания с Китаем в безудержный протекционизм. В то же пора мы можем продолжать сотрудничество в критически важной финансовой сфере.

Однако экологическая взаимозависимость создает непреодолимые преграды для суверенитета, поскольку в этой сфере угрозы носят транснациональный и глобальный характер, подчиняясь законам биологии и физики, а не логике нынешней геополитики. Такие проблемы угрожают абсолютно всем, но ни одна страна не в состоянии справиться с ними в одиночку. К этим проблемам мы должны подходить с точки зрения объединения усилий с другими странами, а не диктовать свои условия, что раздражает немало американцев. Парижское климатическое соглашение и Всемирная организация здравоохранения необходимы нам так же, как и всем остальным. Трудный вопрос для Байдена будет заключаться в том, смогут ли Соединенные Штаты и Китай сотрудничать в создании глобальных социальных благ, одновременно конкурируя в традиционных областях соперничества великих держав. Можем ли мы научиться сочетать сотрудничество и конкуренция?

Еще одной проблемой, отчасти транснациональной, но в то же время находящейся под контролем суверенного правительства, является функционирование киберпространства. Интернет уже частично фрагментирован. Так, нормы в касательстве свободы слова и конфиденциальности в интернете могут быть разработаны для внутреннего круга демократий, но они не будут соблюдаться авторитарными странами. Глобальная комиссия по стабильности киберпространства, членом которой я являлся, изложила набор правил, запрещающих вмешательство в базовую структуру Интернета, какие отвечают в том числе и интересам авторитарных государств, если те хотят оставаться подключенными к всемирной сети. Но когда они используют прокси-структуры для вмешательства в выборы (что нарушает суверенитет), нормы должны быть подкреплены правилами, подобными тем, что Соединенные Штаты и Советский альянс согласовали во время холодной войны (несмотря на идеологическую вражду) для ограничения эскалации инцидентов на море. Соединенные Штаты и государства-единомышленники должны будут огласить о нормах, которые они намерены отстаивать, и в этой области будет необходимо сдерживание. Все либеральные страны должны будут в целой мере участвовать в таких органах как Международный союз электросвязи, а не предоставлять свободу в установлении стандартов Китаю.

Недавний опрос исследовательского середины Chicago Council on Global Affairs (чикагский совет по глобальным вопросам) показал, что американская общественность хотела бы избежать военных интервенций и того, что Трамп именовал «бесконечными войнами», но не одобряет выхода из наших альянсов и многостороннего сотрудничества. Кроме того, обществу по-прежнему не безразличны ценности. Соединенные Штаты будут продолжать критиковать авторитарные края за нарушения прав человека. Вопрос, стоящий перед Байденом, заключается не в том, следует ли восстанавливать либеральный мировой распорядок. Речь идет о том, способны ли Соединенные Штаты сотрудничать с внутренним ядром ближайших союзников для продвижения демократии и прав человека, одновременно взаимодействуя с немало широким кругом государств в рамках международных институтов, основанных на правилах, необходимых для решения таких проблем, как климатические изменения, пандемии, кибератаки, терроризм и экономическая нестабильность. Может ли Америка научиться комбинировать конкуренция и сотрудничество?

Поделиться…
Share on VKTweet about this on TwitterShare on Facebook0


Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *