Как «запирание Москвы» сказывается на малом бизнесе

0
Как «запирание Москвы» сказывается на малом бизнесе

Небольшой бизнес составляет менее 20% российской экономики, хотя последние годы его число увеличивается. Однако с начином эпидемии, вынудившей Москву закрыться на карантин как минимум до конца апреля, многие предприниматели ощущают угрозу самому существованию своего бизнеса.

Расцвет сырного бизнеса Олега Сироты и его льющееся плачевное положение, на самом деле, является историей двух кризисов.

Сирота производит качественные европейские влажны — пармезан, чеддер и грюйер, которые до недавнего времени они сбывали клиентам через сеть фермерских рынков московской районы. Прекращение европейского импорта продовольствия в Россию из-за начавшейся 6 лет назад санкционной войны, дала ему и многим иным возможность выйти в те области нишевого производства, где раньше у них не было бы никаких шансов.

Однако теперь коронавирус привел к ухудшению его поставок сырья, также сделалось не хватать рабочей силы, и все это сильно усложняет задачу поддерживать бизнес на плаву. Теперь, когда в Москве выход разрешено только по пропускам, задача покупки сыра не входит в список уважительных причин для того, чтобы покидать дом.

Для Сироты это вящая проблема. «Мы не можем останавливать работу. Коров надо доить каждый день. Если мы будем выливать молоко, то скоро обанкротимся, и наши сотрудники, имея большой опыт, окажутся без работы. Все что мы создали, будет потеряно», говорит он.

Однако Сирота, как и иные владельцы малого бизнеса, полон решимости выжить. Он привез своих самых ценных и опытных работников в деревню в московской районы, где и расположено его производство сыра, снял для них дом, создав, как он сам выражается, «казарменный режим». Он также арендовал парк фургонов, занимается рекламой в социальных сетях и надеется торговать свою продукцию при помощи доставки на дом.

Большую часть грязной работы а также задачу доведения до общественности нехороших новостей Путин оставил своей команде по борьбе с коронавирусом. Но также он предпринял шаги, которые могут владеть долгосрочные последствия. Один из них — ослабление жесткой централизации России и передача больших полномочий местным губернаторам для решения проблем пандемии в их регионах. Иным стало распоряжение о том, что правительство должно уделять особое внимание выживанию малых предприятий, включая прямые субсидии в размере 162 долл. США (минимальная заработная плата) на одного работника любой месяц, для тех из предприятий, кто сохраняет не менее 90% своего персонала.

Российские предприниматели, в общем, порода выносливая, желая некоторые и склонны считать ситуацию отчаянной, говоря о практически полной потере бизнеса и недостаточной помощи воль. Есть правда и те, кто находит варианты для долгосрочного выживания и ищут обходные пути.

Так например считает Татьяна Соколова — глава московской маркетинговой фирмы, недавно вернувшаяся в родимый Торжок, чтобы развивать туристический потенциал города.

«В гостиничном и ресторанном бизнесе вся деловая активность прекратилась. Но у нас долгосрочные взаимоотношения с нашими клиентами, и мы можем ожидать, что они вернутся», говорит Соколова. «Я смогла сохранить большую часть своей команды. Мне пришлось сжать им зарплаты, но я обещала что буду продолжать ее выплачивать. У нас каждый день новые проблемы, но я думаю мы справимся. Люди у нас неплохие».

Несколько московских рестораторов даже пытаются помогать, организовав доставку готового питания тысячам изможденных медицинских работников города, когда сделалось известно что у правительства нет планов их кормить.

Кто-то надеется, что кризис принесет изменения, что будут выучены какие-то задания, будут пересмотрены законы и нормативные акты, и возможно, отношение властей к ним улучшится.

Директор аналитического центра INSOR Игорь Юргенс находит, что одним из самых позитивных событий в этой чрезвычайной ситуации стали регулярные консультации между правительством и тремя основными бизнес-группами России: Российским альянсом промышленников и предпринимателей (большой бизнес), «Деловая Россия» (средний) и «Опора» (малый).

«Конечно бизнес получает лишь часть того что просит. Какие-то спасательные круги брошены, но ситуация очень отчаянная», говорит он. «Все же, этот процесс консультаций трудится хорошо. Было бы отлично, если бы он стал постоянным».

Поделиться…
Share on VKTweet about this on TwitterShare on Facebook0


Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *