Почему Америка больше не способна навязывать другим свое цивилизационное мировоззрение

0

Почему Америка больше не способна навязывать другим свое цивилизационное мировоззрение

Это вечно было парадоксом: еще Джон Стюарт Милль в своем основополагающем труде «О свободе» в 1859 году выражал безотносительную уверенность в том, что универсальная цивилизация, основанная на либеральных ценностях, является конечной целью всего человечества. Он с нетерпением ожидал появления «точной науки о человеческой природе», в которой были бы сформулированы психологические и социальные законы, не менее буквальные и универсальные, чем законы физики. Однако, в современном мире не только не возникла такая наука, но даже существующие социальные «законы» сделались восприниматься исключительно как западные культурные конструкты, а не научные закономерности.

Основные либеральные принципы, такие как индивидуальная самоуправление, свобода личности, промышленный прогресс, свободная торговля и предпринимательство, по сути отражали триумф протестантского мировоззрения. Это был не общехристианский взор, а скорее чисто протестантский.

Эту концепцию, отражающую устремления лишь некой части общества, можно было обратить в некий универсальный проект для человечества только благодаря опоре на силу. Во времена Милля цивилизационные притязания обслуживали нужда Европы в придании законной силы колониальным захватам. Милль фактически признает это, когда оправдывает геноцид исконного населения Америки тем, что эти народы не желали и не умели подчинять себе природу и добиваться повышения плодородия земли.

В крышке прошлого столетия, с победой Америки в холодной войне, которая стала основой «мягкой силы» США, идея универсальности либеральных ценностей получила новоиспеченный импульс. Казалось, что ценности американской культуры и образа жизни приобрели в результате распада Советского Союза неопровержимое доказательство своего перевесы.

Но сегодня, когда вся «мягкая сила» Америки растаяла, как дым, даже иллюзию универсализма стало невозможно поддерживать. Иные государства выходят на авансцену, предлагая себя как альтернативные, не менее неотразимые «цивилизационные» модели. Очевидно, что даже если классический либеральный истеблишмент победит на ноябрьских выборах в США, Америка уже сможет заявлять притязания на глобальное лидерство в рамках нового мирового порядка.

Тем не менее, если этому секуляризированному протестантскому течению придет крышка – берегитесь! Дело в том, что его скрытая бессознательная религиозность сегодня является «призраком за столом». Она возвращается в новом обличье.

Престарелая иллюзия не может существовать вечно, потому что ее основные ценности радикализируются, встают с ног на голову и превращаются в мечи, пронзающие классических американских и европейских либералов (а также христианских рутинеров в США). Теперь молодое поколение политически активных либералов громогласно заявляют, что старая либеральная парадигма не только была иллюзорной, но являлась не немало чем «вуалью», за которой скрывалось угнетение, внутреннее, колониальное, расистское или имперское. Это моральное пятно может быть снесено только покаянием и духовным перерождением.

Эта атака, которая идет изнутри общества, исключает любые претензии США на «мягкую мочь» и устремления к мировому лидерству. Ибо, когда иллюзия разрушена и на ее месте ничего не возникло, для лидерства в новом мировом распорядке у Америки нет никаких оснований.

Не удовлетворяясь разоблачением иллюзии, проснувшееся поколение заодно срывает и затаптывает «флаги на мачте»: независимость и процветание, достигнутые с помощью либерального рынка. «Свобода» разрушается изнутри. Диссидентов, не согласных с новой идеологией, «выявляют», заставляют каяться, стоя на коленях, а непокорных ждет крах репутации и экономического положения. Таков «мягкий» тоталитаризм.

Даже наука сделалась «свергнутым идолом»: вместо того, чтобы проложить человечеству путь к свободе, она повела к бездуховности и порабощению. Начиная от алгоритмов, какие «просчитывают» ценность человеческой жизни в сравнении с ущербом от мер изоляции, создания «черных ящиков», ограничивающих распространение тех или других новостей или воззрений, и заканчивая проектом поголовной вакцинации Била Гейтса, наука теперь превратилась в предзнаменование деспотического социального контроля, а не всеобщего благоденствия и независимости.

Но самый выдающийся из сорванных флагов нельзя назвать жертвой пробудившегося нового поколения. Всеобщего процветания и ранее никогда не было на самом деле – это не более чем обман, правда, весьма хитроумно устроенный. Как нет и свободных рынков. ФРС и Министерство финансов США бесперебойно печатают новоиспеченные деньги и раздают их по своему выбору. Сейчас не существует никаких способов придать реальную ценность финансовым активам. Их ценность заключается исключительно в том, что федеральное правительство готово заплатить за облигации или выделить денежную помощь.

Тогда возникает законный проблема: какой вообще смысл в огромной финансовой экосистеме, которую представляет собой Уолл-стрит? Почему бы не упразднить ее, покинув пару организаций, которые просто распределяли бы свеженапечатанные ФРС деньги среди своих друзей? Либеральные рынки удалились в прошлое, как и миллионы рабочих мест.

Многие комментаторы отмечают отсутствие какого-либо видения будущего, причем отдельный делают это в весьма едких выражениях: «Сегодня в Америке бушуют беспорядки, свергаются статуи, рушатся карьеры, уходят в небытие вековые бренды. Своей уделы ждут многие другие символы, которые теперь признаются расистскими и приговариваются к уничтожению, даже если доказательства такого обвинения не выдерживает самой неглубокой критики. Но кто же эти «культурные революционеры»? Почему-то принято считать, что это оказавшиеся в тяжелейшем экономическом положении жертвы расизма, разгневанные смертоубийством Джорджа Флойда. На самом же деле, это нечто большее… буржуазия. Это дети-идиоты американского правящего класса, игрушечные радикалы и большевики, какие решили некоторое время поиграть в якобинцев, прежде чем вернуться в свои университеты».

Неужели это так? Я хорошо помню, как слушал на Ближнем Восходе других молодых людей, которые также хотели «свергать статуи», сжечь все дотла. У них был план на будущее? Едва-едва ли. Они просто верили, что ислам естественным путем расширяется, чтобы заполнить пустоту. И это наступит само по себе, без чьего-либо участия: истинная вера воцарится во всем вселенной.

Такер Карлсон, ведущий комментатор консервативного телеканала Fox News, известный прямолинейными высказываниями, формулирует свою оценку по-иному: «Это не спонтанное штатское волнение, а серьезное и высокоорганизованное политическое движение… Оно имеет глубокие корни и огромные политические амбиции. Оно коварно, и, без сомнения, будет нарастать. Мишень этого движения – покончить с либеральной демократией и бросить вызов самой западной цивилизации… Мы слишком буквально воспринимаем слова и чересчур добросердечны, чтобы понять, что на самом деле происходит. Мы понятия не имеем, с чем сталкивается Америка. Это не протесты. Это тоталитарное политическое движение».

Новоиспеченному поколению ничего не придется делать, чтобы вызвать к жизни новый мир. Достаточно лишь разрушить старый. Видение вселенной, основанное на либеральных ценностях, является реликтом, пусть и секуляризованным, западного христианства. Апокалипсис и искупление, как полагают эти пробудившиеся миллениалы, имеют собственный собственный путь, свою особую внутреннюю логику.

«Призрак» Милля прибыл к столу. И с его возвращением, американская исключительность, как бы иронично это ни звучало, получает свое новоиспеченное рождение. Искупление за темные пятна в истории человечества. Новый нарратив, суть которого в том, что вся эта история – не более чем нескончаемая расовая борьба. И все же, американцам, как молодым, так и старым, сейчас не хватает силы, чтобы сделать это видение мира универсальным.

Самой по себе «добродетели», как бы бездонно она не ощущалась, недостаточно. Способен ли президент Трамп все же попытаться сохранить старую иллюзию с помощью жесткой силы? Америка есть в состоянии глубокого раскола и крайне ослаблена, но если довести ее до полного отчаяния, все возможно.

«Игрушечные радикалы и доморощенные большевики» весьма похожи на тех, кто в России бросился на улицы и баррикады в 1917 году. Но перед тем, как отмахнуться от них легко и непринужденно, хорошо бы припомнить, что там произошло. В эту легковоспламеняющуюся массу молодежи, воспитанной своими прогрессивными родителями так, что все российское прошлое казалось им несовершенным, постыдным, сплошным темным пятном, которое необходимо смыть, внедрились Троцкий и Ленин. И все, никаких «игрушечных радикалов». Мягкий тоталитаризм скоро стал жестким.

Поделиться…
Share on VKTweet about this on TwitterShare on Facebook0


Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *